//   Погода:
Новости

Вязники суеверные или Дай Бог, чтобы сгнило!

Даже сегодня в начале XXI века многие из нас полны всевозможных суеверий. Мы стучим по дереву, чтобы не сглазить, и для этого же символически плюем через левое плечо, подсознательно опасаемся встретить перебегающую дорогу черную кошку или женщину с пустыми ведрами, а еще — встать «не с той ноги». Не принято здороваться через порог и прикуривать третьему от одной спички (или от одного включения зажигалки). Почти каждый знает, что если случайно надел майку или иной элемент одежды наизнанку — ничего хорошего из этого не будет. Не нужно объяснять, кто может прийти к вам в гости, если со стола упала ложка, а кто явится после упавшей вилки. И так далее, и тому подобное, не говоря уже о вере в «счастливую» кепку, «счастливый» свитер и даже «счастливую» авторучку для подписания важных документов. Несмотря на всю нашу «продвинутость» и оснащенность всевозможной техникой, мы и сегодня весьма суеверны, не задумываясь о том, что это своего рода наследство минувших столетий. Причем большая часть суеверий и примет имеет ярко выраженные деревенские корни. В старину вся жизнь крестьян строилась с учетом множества «правил» и примет, которым следовало верить безоговорочно и выполнять положенные обряды и модели поведения неукоснительно. И наша Владимирская губерния в этом вовсе не была исключением.

 

Впрочем, даже и сто лет назад порой веру в приметы могли использовать для того, чтобы посмеяться над человеком. Причем иногда довольно зло. Священник погоста Ильинское-Телешово Шуйского уезда Владимирской губернии Федор Казанский в 1890-е годы описал случай в его приходе. Заказчик нового деревенского дома поскупился на плату строителям. Те решили «наказать» жадного мужика. Они тайком вставили в печную трубу пустые бутылки. А в саму печь вмазали гусиные перья. Когда печь в новом доме стали топить, то из трубы послышался жуткий свист, а сама печь стала, по выражениям перепуганных хозяев, «охать и вздыхать». Так как вой и свист из трубы считался печальным предзнаменованием, то новоселы бросились к тем же строителям, предлагая доплату за то, чтобы «нехороших» звуков больше не было. В итоге ликвидация «чертовщины» обошлась в 30 рублей — немалую по тем временам сумму, подтвердив, что скупой платит дважды.

Впрочем, этот анекдот мог случиться лишь потому, что вера в приметы тогда довлела над каждым куда более, нежели теперь. Вот, например, мести избу или иное помещение сразу вдвоем двумя вениками запрещалось категорически. Почему? Примета верная — «выметешь покойника», то есть в этом доме вскоре кто-то умрет! Нельзя было и водить веником иначе, нежели в сторону двери. Махнешь по-другому — тоже к несчастью. Кстати, о том, что такие приметы сбывались, есть свидетельство конца XIX века другого священника — Александра Дебрского из погоста Дебри Сарыевской волости Вязниковского уезда. Тот же батюшка сообщал, что его прихожане не то что здороваться через порог, а даже и просто разговаривать никогда не станут. Считалось, что иначе такие люди непременно крепко поссорятся. А вот перешагивать через порог в избе было нельзя. На него обязательно требовалось наступить одной ногой для того чтобы не «попасть на порчу».

Или вроде бы совсем невинная вещь — обмакнуть хлеб в солонку. Такой поступок мог отвратить от человека всех его односельчан. А все оттого, что по крестьянскому представлению «только Иуда в солоницу хлеб макал», что зафиксировано в Евангелии. Сделать так же — уподобиться проклятому Иуде!

Член Владимирской ученой архивной комиссии Иван Щеглов в начале 1900-х гг. рассказывал о том, что в селе Ляхи Меленковского уезда крестьяне категорически не желали выводить из своих изб полчища черных тараканов. И все потому, что твердо верили — черные тараканы — к богатству! А вот на рыжих тараканов такая вера не распространялась, и их безжалостно морили мышьяком и вымораживали. При этом остаться совсем без тараканов тоже было скверно, вследствие еще одной верной приметы: пропали в доме тараканы — жди беды! В общем, примерно как если крысы бегут с корабля…

Кстати, тот же А. Дебрский сообщал еще об одном способе борьбы с тараканами и клопами, который считался у крестьян действенным: требовалось тайком положить по три клопа и по три таракана в шапку «попу». Видимо, намаялся батюшка с последствиями реализации подобного оригинального метода!

А вот с блохами наши крестьянские предки не боролись вовсе, так как эти насекомые «не зло кусаются».

Есть многочисленные свидетельства владимирских крестьян, что они верили: если одеть одежду наизнанку, значит быть битым. А если платок у девицы повязан небрежно и один конец у него длиннее другого, то ее кавалер непременно станет хромым. Любопытно, что столь популярное ныне хлопковое белье носить считалось вредным, так как его «принес француз». Крестьяне употребляли белье почти исключительно льняное, так как лен в огромных количествах выращивали в различных уездах Владимирской губернии, и больше всего — в Ковровском.

Женщинам и девушкам категорически запрещалось прясть пряжу по пятницам. По традиции сор из пряжи пряхи, не прерывая работы, обычно вытягивали губами или зубами, сплевывая потом на пол. В пятницу такое считалось недопустимым, потому что «заплюешь матушку Параскеву Пятницу», а, значит, опять-таки жди беды.

По свидетельству крестьян из Ковровского уезда, более всего селяне боялись «пережина» — появления в поле стеблей ржи или пшеницы без колосьев. Если такое случалось (а подобное явление было чревато неурожаем и голодом), то вина падала на зажинщицу — выбираемую всем миром женщину, которой доверялось первой начать жатву. Обычно ее выбирали из самых работящих баб с «легкой рукой». Но если все-таки случался «пережин», то причину видели в грехах зажинщицы или даже в ее ереси. Моральное осуждение несчастной тогда могло стать для нее настоящим бедствием.

Капусту почему-то требовалось сажать непременно в лунки, сделанные березовым колом, а в конце капустных гряд в качестве «удобрения» зарывали старые лапти. Тогда вилки обязательно урождались белые, крупные и плотные. Такая вот агрономия!

В конце 1890-х гг. дьякон села Домнино Меленковского уезда Петр Иванович Каманин (не отец ли известного летчика Героя Советского Союза генерал-полковника Николая Петровича Каманина, уроженца Меленок, родитель которого Петр Иванович Каманин обычно упоминается как сапожник, порвавший с семьей, возможно, отрекшийся от Церкви — подобных примеров известно немало) подробно рассказывал о приметах и суевериях односельчан. Вот весьма интересная «новогодняя» примета: если первый день Нового выпадает солнечный и морозный, то будет добрый урожай; если же в этот день утро ясное, а вечер пасмурный, то это предвещало голодный год.

Появление в деревне волка тоже считалось предвестием неурожая. А вот если туда забегали заяц или белка, значит, жди большого пожара!

Женщине или девушке никогда не следовало переходить дорогу перед идущим или едущим парнем или мужчиной. Иначе им «пути не будет». То есть представительницы прекрасного пола уподоблялись пресловутым черным кошкам.

О том, что под углы нового дома непременно клали монеты — широко известно. Сегодня «черные копатели» в обезлюдевших деревнях порой специально сносят эти углы, дабы добраться до «закладных» денег. А вот распространенное прежде в нашей губернии пожелание счастливому обладателю нового дома сегодня звучало бы почти оскорбительно: «Дай Бог, чтобы сгнило!» А прежде в крестьянском быту это, наоборот, было доброе напутствие, смысл которого заключался в том, чтобы новая изба когда-нибудь сгнила от ветхости, а не сгорела в пожаре — они в деревнях почитались в числе самых страшных бедствий.

Крестьянские приметы охватывали все стороны жизни. Даже рыбакам для удачного клева предписывалось сначала умыться и даже напиться из того водоема, где они забрасывали удочки. Сегодня большая часть этих примет и суеверий прочно позабыта. Тем не менее, без знания о них жизнь наших предков во всех ее деталях представить никак невозможно!

Николай ФРОЛОВ.

Источник: Газета “Районка, 21 век” №4 (420) от 31.01.2019 г.

Поделиться новостью

Добавить комментарий